ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ИГУМЕНИИ РУФИНЫ (ВАЛЕНТИНЫ АЛЕКСЕЕВНЫ СИДОРОВОЙ), ОТОШЕДШЕЙ КО ГОСПОДУ 22 ОКТЯБРЯ 2023 ГОДА

Продолжение. Начало опубликовано 21 октября 2026 года

Изголодались по вере

До революции в Перми было 64 действующих храма, а к концу двадцатого века осталось только 3. И вот, в годы перестройки, довелось мне «храм хлопотать». Научил нас батюшка с ещё одной прихожанкой, как письма писать, в какие конторы ходить, чтобы вернули верующим принадлежавшее когда-то Епархии имущество. Мы и принялись за дело. Дошли даже до Совета по делам религии РСФСР и СССР. Были организаторами и участниками пикетов перед Пермским областным Домом Советов. И вот однажды партийные чиновники и градоначальники сообщили, что готовы передать нам храм в честь иконы Успения Божией Матери, что на кладбище г. Перми.

«Храм Успения, так Успения. Очень хорошо!» — сказала я тогда в ответ. Я все иконы Богородицы очень люблю, но икону Успения Божией Матери больше всех, наверное.

Первым делом зарегистрировали приходскую общину, так называемую «приходскую десятку» избрали. Потом я обратилась к секретарю Пермской Епархии протоиерею Иоанну (ныне архимандрит Стефан — авт.) Сексяеву. Позвала его к нам в храм настоятелем. Он получил благословение у владыки Афанасия и согласился.

Зашли мы в храм в ноябре 1990 года. Там уже всё с потолка упало, всё замерзло. Приехали с кирками, лопатами, принялись расчищать. Мой сын с друзьями очень тогда помогли – физически тяжелой работы много потребовалось. Потом в подвал зашли, и за три месяца организовали в подвале храм. Через три месяца владыка приехал освятил храм, начали служить.

 И вот, первая литургия в возвращенном храме. Пошли крестным ходом вокруг него. И вдруг кто-то заметил: посмотрите, голуби над нами летят, и не просто летят, а крестом выстроились!

Весной закрыли крышу, начали барабаны делать. Матушка Мария (Воробьева), тогда ещё не была монахиней, а просто прихожанкой, нашла ответственного человека на должность старосты. Герман Степанович его звали. Под его руководством за пять лет храм привели в порядок.

Постриг

О постриге я не задумывалась. Когда Успенский храм выхлопотали, поехали с о. Иоанном на Святую Землю. С нами пермский бизнесмен Вавилов с женой, который помогал нашему храму. И он говорит отцу Иоанну: «Давай построим в Курье монастырь женский. Проект я сделаю». Отец Иоанн не против, говорит мне: «Ну а ты, Валентина, согласна?» Я говорю: «Не знаю, я ещё работаю, и вообще об этом не задумывалась». А потом я поехала к отцу Науму (Байбородину) в Троице-Сергиеву Лавру. И он сказал: надо монашество принимать. Раз старец сказал, надо принимать. Дети выросли – сын женился, дочь замуж вышла, я им совсем не нужна, только мешаться буду. Решилась на постриг.

3 мая 1993 года прихожанка Валентина Сидорова стала монахиней Руфиной.

 Постриг совершал игумен Белогорского монастыря Варлаам (Передернин). (На фото — июнь 2018 года, в день памяти игумена Варлаама).

Постриг совершался в Перми, в храме Успения Божией Матери. Народу было много, это был первый постриг после советского периода. Постригали несколько женщин из Успенского женского монастыря – мать Анну, мать Глафиру, инокиню Параскеву (сейчас монахиня Анастасия, благочинная монастыря), из Верещагинского монастыря одна монахиня постригалась и я.

Было очень прохладно в храме. Когда ползли, пол холодный, но в таком состоянии ничего не видишь и не чувствуешь. Я упала с распростёртыми крестом руками прямо из положения стоя, присутствующие аж ахнули. Лежу недвижимо, они между собой перешёптываются: «Она наверное зашиблась».

После пострига трое суток надо быть в храме – молиться день и ночь. Я сначала думала, что не выдержу без сна. А спать нисколько не хотелось – благодать Божия давала силы.

Монастырь

— Ну теперь сам Бог тебе велит монастырь хлопотать, — сказал мне отец Иоанн после пострига.

Начала хлопотать потихонечку, по его благословению. Приду, всё расскажу ему, он новые направления и советы даст, опять иду выполняю, согласовываю то землю, то имущество. Как-то всё получалось с Божией помощью.

Корпус для женского монастыря, что по улице Плеханова в г. Перми, организация «Гидроспецстрой» уступила как-то быстро. А вот церковь Казанской иконы Божией Матери у музея с большим трудом пришлось забирать. Но, в конце концов, и это сладили. Начали было стену, возведенную на месте алтаря, пробивать, а она никак не поддается. Чем только её не крушили – разбить не могли. И тогда встали пять монахинь на колени, и начали петь акафист Пресвятой Богородице. По окончании молитвы все стали свидетелями того, как стена сама рухнула. Просто рассыпалась по кирпичикам.

Продолжение следует.